Хобби - историческая реконструкция - Страница 2

вдруг заинтересовался ей? Почему люди вообще начинают заниматься таким необычным делом?

—Ключевое слово здесь — романтика. Помнишь, как у Высоцкого: «Жили книжные дети, не знавшие битв..» И этим детям хотелось чего-то такого, о чем они с горящими глазами читали в книгах и никогда не видели наяву. Ведь мы были не хуже тех героев с экранов или страниц книг. Хотелось кого-то спасать, с кем-то сражаться, куда-то нестись вскачь. Не перекладывать бумажки в скучном офисе, а ощущать в руках тяжесть клинка. С этого все и началось. А еще — с любви к лошади началось, с той романтики, которую она несет в своем образе.

Мне кажется, многие приходят в реконструкцию из-за романтики.

—Как давно занимаешься реконструкцией?

—Средневековьем — с 2001 года. Тогда мне был 21 год.

—А что ты считаешь отправной точкой? Пошив своего первого костюма, свой первый день в каком-то клубе?

—Отправной точкой считаю красивые глаза одной девушки, ради которых меня понесло на Мядельский фестиваль (смеется). А если серьезно, у нас с другом был дуэт, мы играли на гитарах что-то такое бардовское, и нас пригласили выступить на средневековом фестивале. С тех пор я в реконструкции и остался. На самом деле это жило во мне уже давно, а тут я увидел реальную возможность выразить свою страсть.

—Чем занимается клуб «Золотая шпора»? Сколько в нем участников?

—Замыслом клуба изначально являлась конно-историческая реконструкция. Основной темой — европейское средневековье 14-го века. Однако повседневное общение с лошадью заставило нас расширить круг своих интересов, ведь романтикой наполнены образы не только рыцарей, но и, например, американских ковбоев 19 века. Вообще, интересуемся самыми разными взаимодействиями человека и лошади. Кроме, пожалуй, конного спорта — мы смотрим на лошадь совсем по-другому. А вот ковбойский стиль вошел в нашу жизнь прочно. И тут дело не в «крутости» и не в стильности. А в том, что культура ковбоев очень утилитарна, ее принцип — практичность и удобство в седле, и для верховой езды вряд ли можно вообразить что-то более подходящее. Кожаные чапсы, широкополые шляпы, высокие сапоги, да что ни возьми, все призвано облегчать жизнь верхом. Средневековые наряды мы надеваем на фестивали, а ковбойскую одежду носим каждый день на конюшне. Можно сказать, что средневековьем мы занимаемся, а в стиле вестерн живем.

Сейчас в клубе порядка 20 человек.

Дмитрий Глинкин, старший лекарь первого класса Минского пехотного полка.

—Дим, а как случилось, что Вы стали заниматься реконструкцией?

—Наверное, к увлечению исторической реконструкцией я пришел через моделизм. Знаете, наверное: модели техники всякой из деталек клеить. Начал с танков немецких, а потом увидел фигурки солдат немецкой пехоты — в полной форме, с автоматами — и понеслось: стал коллекционировать наборы солдатиков разных эпох и войск. Серьезным таким «собирательством» занимаюсь года с 1989, лет с 20-ти. После армий Второй Мировой настал черед войск античности, средневековья и т.д. Наполеонику я, может быть, и сознательно обходил до поры до времени стороной. Дело в том, что фигурки нужно было не просто собирать — их нужно было раскрашивать, а форма того периода в этом плане сложная. Но в конце концов году к 97-му добрался я и до наполеоники. Начал покупать литературу по предмету, втянулся во все это… и остался.

Вообще изначально я хотел заниматься в наполеонике войсками Великого Княжества Литовского, однако в Беларуси на тот момент больше никто этим не интересовался. Так что мечта мечтой и оставалась. Однако всю информацию по униформе, экипировке и т.д. я собирал тщательно и методично. А в 2000 году на реконструкции битвы при Бородино узнал о существовании Минского пехотного клуба. Сначала просто к ним присматривался, поскольку русской армией заниматься не хотел, а потом на Смоленском фестивале меня проняло. Все происходило на потрясающем фоне старых стен смоленского Кремля. Шла битва. Я как раз стоял за нашим полком в качестве зрителя, с фотоаппаратом. Французские пушки дали тогда залп, поле заволокло дымом, ничего не было видно. А когда ветер отнес пелену в сторону, мы увидели впереди отряд французских солдат с ружьями наизготовку. Одновременно прогремели выстрелы, наши ребята стали падать… Зрелище было завораживающее. Тогда я и понял: не хочу просто как зритель, хочу участвовать во всем этом.

—Дим, а зачем это все? Зачем отдавать столько времени поиску информации, платить за историчные материалы, шить вручную форму, ездить за сотни километров на фестивали?

—Чтобы окунуться в атмосферу той эпохи. Почувствовать себя на месте человека того времени. Чтобы отдохнуть душой и расслабиться, отодвинуть современную жизнь со всеми ее проблемами, бытом, стрессами подальше.

—Чем занимается Минский пехотный полк? Сколько в нем участников?

—Сейчас направление реконструкции в клубе несколько сужается, и мы занимаемся в основном воссозданием униформы, амуниции, оружия и предметов быта Первой гренадерской роты Минского пехотного полка.

Думаю, по спискам в клубе состоит больше 40 человек.

Денис Тарас, руководитель военно-исторического клуба «Товарищи по оружию».

—Денис, скажите, почему Вы пришли в реконструкцию? И почему занялись именно Второй Мировой войной?

—Сам я историк по образованию. И историей, особенно военной, увлекался с детства. Наверное, во многом так получилось из-за окружения. Во-первых, дед у меня — член Союза художников, и ему по работе доводилось много общаться с ветеранами (тему войны в нашей стране любили всегда). А уж каких-то барельефов, гравюр, картин по военным мотивам в доме было всегда полно. Во-вторых, дед и сам бывший партизан. Отец мой увлекался военной маринистикой — военно-морским флотом. Родственники в Польше — историей Войска Польского. Так уж получилось… Вот и меня затянуло. Раньше интересовался только теорией — деталями компаний, операций, маршами, маневрами, вооружением, боевым расписанием. А униформистский акцент, желание заниматься сбором вещдоков, шитьем появились позже. Желание побывать в шкуре солдата той эпохи пришло, когда я стал вплотную заниматься клубом.

—А как вообще появился клуб «Товарищи по оружию»? Чем именно он занимается? Сколько в нем участников?

—Образовался клуб в 2002 году, но вначале это была компания теоретиков: собирались, чтобы за пивом обсудить увлекательные вещи, поделиться с единомышленниками мнением. А потом мы попали на фестиваль «Заславский набат». Хочу сказать, он нас очень впечатлил. Подумалось: почему ребята могут, а мы нет… И уже в 2004 году клуб получил боевое крещение на Бородинском поле под Москвой, где регулярно проводится исторический фестиваль по теме Второй Мировой войны — «Москва за нами».

Вообще, хоть клуб у нас и один, направлений в нем несколько. В среде тех, кто реконструирует Вторую Мировую, это не очень принято: обычно занимаются либо армией Советов, либо германцами. Ну а мы, так вышло, и тем, и тем. Даже командира в клубе два: один — Красной фракции, другой — Германской.

Сам я интересуюсь в первую очередь союзниками Германии — малыми странами Европы в целом: Румынией, Хорватией, Венгрией, Словакией и т.д. и итальянской армией в частности. Кроме того, пытаюсь изучать различные коллаборационистские формирования (ту же полицию), СС.

Впрочем, мне любопытны и многие другие пласты нашей истории — от Средневековья до Наполеоники.

В членах клуба сейчас числится около 50 человек.

Вообще, пожалуй, не зря историческую реконструкцию называют еще «живой историей». Ведь одно дело читать в школьном учебнике про «в таком-то году, там-то и там-то, такие-то и такие-то войска численностью такой-то…». И совсем другое дело нюхнуть пороху на поле сражения, видя, как в клубах дыма от залпов настоящих орудий бегут по осенней хляби полки. И, как считают многие, воспитывать в людях собственным примером интерес к истории, своему прошлому — вещь полезная и необходимая.

Однако есть и другая точка зрения: реконструкция должна быть исключительно для реконструкторов. А фестивали — только закрытыми. Без зрителей, без туристов, без единого предмета, напоминающего о XXI веке. Фестивали, призванные развивать внутренний мир участников, насколько можно глубже погружать их в «ту» жизнь, «тот» быт, «те» вещи, «те» дела и, как следствие, «то» мироощущение, «тот» образ мыслей. Это, говорят, незабываемое ощущение — избавляться от ценностей, навязанных цивилизацией, и видеть мир по-новому. Хотя, наверное, порой это опасно…

 

 

Автор: Ирина Зимина

Смотрите далее по теме "Историческая реконструкция"

Бубен. Общие сведения об инструменте | автор: amon

 Что такое бубен.  Бубен— ударный музыкальный инструмент неопределённой высоты звучания, состоящий из кожаной мембраны, натянутой на деревянный обод. К некоторым разновидностям бубнов...

История о Шлемах | автор: Fantasy-Portal.ru

В течение столетий оружейники пытались противопоставить средствам нападения эффективные средства защиты и наоборот. Этот процесс постоянно находился под влиянием технических достижений. На исходе...

Мужской костюм эпохи викингов. Исторические сведения о костюме, его элементах и аксессуарах. | автор: Ingvarr

This document is provided as is without any express or implied warranties. While every effort has been taken to ensure the accuracy of the information contained, the author assumes no...